Форум существует .

Новогрудок 323

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Новогрудок 323 » Это уже История » Разложение польской государственности. Восстание Костюшко


Разложение польской государственности. Восстание Костюшко

Сообщений 1 страница 10 из 22

1

Разложение польской государственности. Восстание Костюшко
http://cdn.topwar.ru/uploads/posts/2014-03/1395438728_racawice1.jpg
220 лет назад, 24 марта 1794 года, спустя год после Второго раздела Польши между Россией и Пруссией, началось восстание на территории Речи Посполитой. Тадеуш Костюшко торжественно объявил в Кракове о начале освободительного восстания, и тогда же был оглашен Акт восстания. Костюшко был провозглашен диктатором республики, верховным главнокомандующим, получив всю полноту власти в стране.

Восстание привело к окончательной ликвидации польской государственности. В 1795 году состоялся Третий раздел Речи Посполитой. Россия вернула значительную часть западнорусских земель. Коренные польские земли, населённые этническими поляками, отошли Австрии и Пруссии. Так, завершился длительный процесс разложения польской государственности. Внутренние проблемы Речи Посполитой стали главными предпосылками в процессе крушения Польши.

Разрушение польской государственности
Польша в XVIII веке достигла пика своего разложения. Особенности польской системы управления привели к тому, что великая держава постепенно подпала под влияние своих соседей. Короля в Польше выбирали паны, поэтому после смерти короля часто началась смута, когда различные партии предлагали своих кандидатов. Франция, Австрия, Пруссия и Россия плели свои интриги, стараясь посадить на трон своего кандидата.

Так, после смерти короля Августа II (1 февраля 1733 года), началась борьба за трон. Август Сильный, со времен Северной войны был союзником России, и Петербург хотел сохранить дружественные отношения с Речью Посполитой, посадив на польский престол дружественного Российской империи претендента. Франция уже давно плела интриги и хотела посадить на трон Станислава Лещинского, который был уже королем Польши в 1704-1709 гг., воюя против России на стороне шведского монарха Карла XII. Его дочь Мария была женой французского короля Людовика XV. Австрия предложила кандидатуру португальского принца. Все державы отправили в Варшаву значительные суммы на подкуп панов.

Петербург потребовал от Варшавы исключить Станислава Лещинского из числа кандидатов на польский престол. Однако могущественные магнаты Потоцкие (после смерти Августа первым лицом Речи Посполитой был архиепископ Гнезненский Федор Потоцкий) обладали «административным ресурсом», да и Париж прислал на подкуп панов 3 млн. ливров золотом, поэтому большинство сейма выбрало Лещинского. Сам Лещинский тайно прибыл в Варшаву, чтобы сразу занять престол. Одновременно Париж направил к польским берегам «группу поддержки» - 9 линейных кораблей, 3 фрегата и корвет под началом графа Сезара Антуана де ля Сюзерна. Узнав о «правильном выборе» польской знати, французскую эскадру отозвали.

В ответ Петербург решил ввести в Польшу «ограниченный контингент» войск - 18 полков пехоты и 10 полков кавалерии, плюс иррегулярные силы. Войска возглавил губернатор Лифляндии Пётр Ласси. В самой Польше русские войска поддержали противники Лещинского, которые создали свою конфедерацию. Конфедерацией в Польше называли временные объединения вооружённой шляхты.

20 сентября Ласси занял предместье Варшавы – Прагу. 22 сентября Лещинский сбежал из Варшавы в Данциг. 24 сентября противники Лещинского выбрали себе короля – Фридриха-Августа, курфюрста саксонского, сына покойного короля. Он занял трон под именем Августа III.

Война за польское наследство продолжалась до 1735 года. Станислав Лещинский засел в Данциге, надеясь на помощь Франции. Осада Данцига затянулась с февраля до июня 1734 года (Генерал-фельдмаршал Христофор Антонович Миних: осада Данцига). Это было связано с нехваткой сил – армия гонялась за польскими отрядами, и отсутствием осадной артиллерии в начале осады. Попытки французской эскадры помочь крепости провалились. Высаженный французскими кораблями десант не смог прорваться к городу, частью был блокирован и сдался. Поэтому Данциг капитулировал. Станислав Лещинский смог сбежать, переодевшись простолюдином.

Эта война стала хорошим показателем разложения польской «элиты». Большая часть богатых панов и мелкой шляхты выступили на стороне Станислава Лещинского, они набрали значительные силы. Но не могли помочь осажденному Данцигу, так как в основном занимались грабежом имущества сторонников Августа. Польские воины старались избегать столкновения с русскими войсками, они их только тревожили. Собирались большими толпами около расположения русских частей, жгли поместья своих соотечественников, которые были в другом лагере, говорили о желании дать сражение русским. Но как только русские войска появлялись, поляки сразу бежали или после нескольких орудийных выстрелов. Как отмечали современники, в этой войне 300 русских никогда не сходили с дороги, чтобы избежать встречи с 3 тыс. поляков. Они всегда их били. При этом поляки не боялись драться с саксонцами, которых они презирали и часто били. К русским же они «питали сильный страх».

Значение Польши при правлении Августа III (1734 — 1763) ещё больше упало. Он, как и его отец, предпочитал больше жить в тихой Саксонии, чем в буйной Польше. К тому же новый король не обладал политическими способностями отца, но унаследовал от него его страсть к роскоши и искусству. Тратил громадные суммы на приобретение картин Дрезденской галереи и других знаменитых музеев, содержание блестящего двора. К тому же казну расхищали высшие сановники. Так, главой правительства был тщеславный и жадный Генрих фон Брюль. С помощью своих ставленников он производил разорительные для страны операции со свидетельствами об уплате податей, министерство юстиции погрязло в коррупции. Огромные суммы денег министр тратил на придворный штат короля, и еще большие на свой собственный. Брюль платил своей почетной страже лучше, чем монарх, содержал 200 человек прислуги и давал самые роскошные обеды. В результате казна была пуста. К тому же Август вёл неудачные войны с Пруссией, потерпел ряд жестоких поражений.

2

http://cdn.topwar.ru/uploads/posts/2014-03/1395438448_480px-king_augustus_iii_of_poland.jpg
Август III

Сеймы также не могли оказать благотворное влияние на развитие страны. Во-первых, не было сильной исполнительной власти, которая бы могла реализовать решения сеймов. Во-вторых, принцип единогласия при принятии решений («Свободное вето» - лат. Liberum veto), приводил к блокированию большинства предложений и парализовал работу сейма. С 1652 по 1764 гг. из 55 сеймов было сорвано 48. Причем треть из них была сорвана голосом всего одного депутата. Плачевное положение финансов Речи Посполитой характеризует то факт, что в 1688 году чеканку монеты просто прекратили.

Одновременно единство страны подрывало католическое духовенство, которое требовало новых ограничений в правах православных и протестантов. В результате Речь Посполитая так и не смогла создать единую державу. Западнорусское население не стало полноправным в Польше и смотрело на восток, на Россию. Православные и протестанты составляли до 40% населения страны, поэтому их притеснение подрывало единство Речи Посполитой. Панский гнет и религиозные преследования по-прежнему вызывали восстания в западнорусских областях.

Деградация государственности, проблемы в экономике и финансах привели к серьёзному ослаблению военной мощи Польши, которая некогда была серьёзной военной державой. Речь Посполитая практически проспала новые тенденции в военном деле. Существенно возросла эффективность ружейного и артиллерийского огня, коренным образом изменилась тактика боя. Решающую роль в войнах стала играть пехота, поддерживаемая полевой артиллерией. Роль кавалерии снизилась. В результате храбрая и довольно умелая польская конница оказалась неспособной противодействовать регулярным армиям Пруссии и России.

Это привело к тому, что в XVIII столетии Польша буквально стала «проходным двором» для армий соседних держав. На польской территории годами воевали армии Швеции, России, Саксонии, Пруссии и Османской империи при поддержке войск Крымского ханства.

Понятно, что резко усилившаяся Россия не могла остаться равнодушной к такой ситуации на своей западной границе. Деградация Польши привела к тому, что по её территории спокойно разгуливали вражеские армии, используя польскую территорию как плацдарм для удара по России. Так, крымские татары регулярно проходили по землям Южной Польши и зачастую переходили оттуда на русские земли. Да и сама Варшава в любой момент могла присоединиться к врагам России. Во время Северной войны Станислав Лещинский воевал на стороне Швеции. На Польшу оказывала огромное влияние враждебная России Франция. Да и усиление Австрии и Пруссии за счёт Речи Посполитой ничего хорошего России не давали. Нельзя забывать и том, что Варшаве принадлежали огромные территории, которые некогда входили в состав Руси. Они по-прежнему были населены русскими людьми. Понятно, что было бы глупо не пытаться изменить ситуацию на западных рубежах в свою пользу.

Кроме того, у Петербурга имелись и другие, более мелкие претензии к Речи Посполитой. Так, в 1753 году провели изучение местности и выяснили, что около 1 тыс. квадратных вёрст русской земли незаконно остались в польском владении. Они относились к России по Вечному миру 1686 года и должны были входить в Стародубский, Черниговский и Киевский полки. Это дало повод к постоянным спорам. Поляки самочинно заселили 10 городов Правобережья, которые по договору 1686 г. были признаны спорными и поэтому не подлежали заселению. Польский сейм до 1764 года вообще отказывался ратифицировать Вечный мир 1686 года. К тому же Польша была последней из европейских держав, которая не признала за Россией императорского титула, который Пётр Великий принял в 1721 году.

Омрачала отношения двух славянских держав и проблема бегства русских крестьян в Польшу. Тысячи русских людей бежали в Польшу. Только в районах западнее Смоленска приняли около 120 тыс. человек. Это противоречие не должно удивлять. В Польше действительно притесняли православное население, да польские паны весьма жестко закрепостили местных крестьян (хлопов). Однако крестьяне и дезертиры из русской армии (опять же крестьяне) бежали в Польшу. Причин тут несколько. Во-первых, польские паны по разному относились к своим старым хлопам и беглым «москалям». Новоприбывшие первоначально получали некоторые льготы, чтобы их не отпугивать. Беглых солдат вообще могли зачислить в свои частные войска. Во-вторых, в России в XVIII столетии окончательно оформилось классическое крепостное право. Крестьяне теряли свои прежние вольности и отвечали бегством, волнениями. При Екатерине II, когда система общего служения всего народа (дворян и крестьян) государству была извращена, вообще вспыхнула настоящая крестьянская война. В-третьих, шли постоянные войны, было много дезертиров.

В результате на границе обстановка была сложной. В приграничных с Российской империей районах скопились тысячи разбойников, которые регулярно совершали набеги за кордон. Паны или закрывали на это глаза, так как разбойники с ними делились, или это были их отряды, составленные из беглых солдат.

Действия Екатерины Великой

Надо отметить, что Москва и Петербург при Романовых особо и не стремились стать «собирателями русских земель». Если русские государи династии Рюриковичей от Ивана III до Ивана Грозного пытались воссоединить все русские земли, которые были составе Древней Руси, то Смута прервала этот процесс. Михаил Фёдорович только хотел вернуть земли, которые Польша отняла во время Смуты, но потерпел поражение под Смоленском. Царь Алексей Михайлович отказался поддержать натиск казаков в Причерноморье и довольно долго не хотел вмешиваться в дела Речи Посполитой, когда там началось восстание Богдана Хмельницкого. Только когда восстание приняло характер освободительной войны и привело к большим успехам, в Москве обратили на него внимание.

Петр Алексеевич вообще забыл о западнорусских землях. В ходе Северной войны Польша была в таком ужасном состоянии и к тому же перешла на сторону Швеции, что для возвращения значительной части западнорусских земель не нужно было ни одного русского солдата. С этой задачей бы легко справились казаки. Однако Пётр тратил все силы для того чтобы прорубить «окно в Европу», а прорубив его даже не стал брать значительную часть Финляндии и Прибалтики, хотя мог. К тому же он мечтал утвердиться в Германии. Ради этого покровительствовал германским баронам и организовал серию династических браков с правителями германских государств.

Анну Иоанновну и Елизавету Петровну также больше интересовали германские и вообще западноевропейские дела, чем проблема воссоединения Руси. Елизавета даже присоединила к России Восточную Пруссию, только её смерть остановила этот процесс. Только Екатерина II поняв бесперспективность русского вмешательства в дела Германии, стала активно работать на польском направлении. Она даже отказала за своего сына Павла от наследственных прав в Голштинии. Мудрая женщина стала постепенно очищать государственный аппарат от засилья немцев, заменяя их русскими, в крайнем случае, талантливыми представителями других наций. Ни один из многочисленных немецких родственников Екатерины Алексеевны не получил ответственной должности в империи.

В конце 1750-х годов король Август III стал часто болеть. Польские магнаты задумались о его преемнике. Сам король хотел передать трон своему сыну Фридриху Кристиану. Саксонскую партию возглавили глава правительства Брюль, великий маршал коронный граф Мнишек, гетман Браницкий и могущественный род магнатов Потоцких.

Против них выступил клан Чарторыских (Чарторыйских). Они вели происхождение от сына великого князя Ольгерда. Чарторыские предлагали провести ряд реформ в Польше. Главной из них была передача трона династии Пястов, первой польской княжеской и королевской семье, которая правила в Кракове до 1370 года, когда скончался король Казимир III. Законных потомков этой династии не было и Чарторыские к ней отношения не имели, но в Петербурге закрыли на этого глаза и поддержали идею. В России были готовы поддержать любого лояльного магната. Политическая группировка Чарторыских получила название «Фамилия».

3

Чарторыских поддержал и Станислав Понятовский, воевода Мазовецкий и каштелян Краковский. Станислав Понятовский, как и подавляющее большинство польских магнатов, не имел моральных принципов, и действовал исключительно из соображений собственной выгоды. В молодости он примкнул к королю Лещинскому, и в Полтавском сражении воевал на стороне шведов. Затем Понятовский вместе со шведским королем бежал в Османскую империю, где они оба подстрекали султана начать войну с Россией. Увидев, что карта Лещинского бита, уехал к королю Августу II. Его карьерному росту способствовала женитьба на дочери Казимира Чарторыского. После смерти короля Августа II Понятовский даже пытался пролезть в короли. Поняв, что королем ему не быть, снова поставил на Лешинского и оказался с ним в осажденном Данциге. Но снова проиграл. После утверждения королем Августа III примкнул к «Фамилии» Чарторыских, став одним из главных советников нового короля.

Головокружительную карьеру сделал четвёртый сын каштеляна краковского - Станислав Август Понятовский. Он много путешествовал по Западной Европе, долгое время провёл в Англии и стал протеже английского посла при саксонском дворе Чарльза Хэнбери Вильямса. В 1755 году Вильям был назначен послом в Петербург и взял с собой и молодого Понятовского. После бесплодных попыток найти подходы к императрице Елизавете Петровне и будущему императору, британец обратил внимание на Екатерину. Понятовский стал фаворитом великой княгини. Даже когда Вильямс покинул Петербург, Понятовский остался. Причем его связь с великой княгиней не была тайно даже для мужа - Петра. Тот не испытывал к жене никаких чувств и они даже вчетвером (с любовницей Петра) кутили. Петр и Понятовский в этот период были приятелями. Только когда слухи пошли по столице и французский посол стал отрыто потешаться над ситуацией, императрица Елизавета выслала Понятовского из России. После его отъезда Екатерина продолжала с ним переписываться.

После государственного переворота 28 июня 1762 года, когда Петра свергли, и трон заняла Екатерина, Понятовский хотел вернуться, но его остановила императрица. Она сообщила, что приезжать в Россию опасно, Понятовского могли просто убить. Место у Екатерины заняли братья Орловы. Могла возникнуть и негативная реакция дворянства – поляк у трона русской императрицы был бы слишком сильным раздражителем.

В это время в Польше усилилось противостояние «Фамилии» и придворной партии. Чарторыские обвиняли в злоупотреблениях «саксонских» министров и чиновников. Придворная партия пригрозила магнатам арестом. В ответ Екатерина пообещала Варшаве «населить Сибирь» врагами России и «спустить запорожских казаков», которые хотят отомстить за оскорбления, понесенные от польского короля. Одновременно русская императрица попросила русского посла сдержать рьяность Чарторыских. Армия не была готова к войне, финансы были в расстройстве.

Здоровье короля Августа III продолжало ухудшаться. 3 февраля 1763 года в Петербурге прошел государственный совет. Почти все сановники выступили за «Пяста». Только граф Бестужев-Рюмин пытался поддержать кандидатуру сына умирающего короля. Совет решил сосредоточить 30-тыс. армию на границе с Речью Посполитой и держать наготове ещё 50 тыс. солдат.

5 октября 1763 года Август III скончался. Гетман Ян Клеменс Браницкий поднял коронное войско, которое поддержали саксонские отряды. В ответ «Фамилия» попросила Екатерину оказать им военную помощь. Сначала к резиденции коронного гетмана в Белостоке решили направить небольшой отряд, который уже находился в Речи Посполитой. Около 1,5-2 тыс. солдат охраняли склады, оставшиеся после Семилетней войны. В начале апреля 1763 года в Речь Посполитую ввели дополнительные силы. Первая колонна под командованием князя М. Н. Волконского шли через Минск, вторая под началом князя М. И. Дашкова – через Гродно. 10 (21) апреля 26 польских магнатов отправили Екатерине письмо, в котором полностью поддержали ввод русских войск.

31 марта (11 апреля) в Петербурге был подписан русско-прусский оборонительный договор. Пруссия обязывалась выплачивать России ежегодные субсидии (400 тыс. рублей в год) в случае её войны с Крымским ханством или Турцией. Королем в Польше договорились избрать Станислава Понятовского. Пруссия и Россия договорились соблюдать действующий порядок и законы в Польше. «Диссиденты» (православные и протестанты) должны получить прежние права и вольности.

В конце апреля в Варшаву на конвокационный сейм стали съезжаться сенаторы, депутаты и паны. Конвокационным сеймом (от лат. convocatio - созыв) в Польше называли сейм, который созывал после смерти короля гнезненский архиепископ (примас Польши), первый по рангу среди сенаторов, выполнявший во время «бескоролевья» королевские функции. Задачей конвокационного сейма было поддержание порядка до избрания нового короля. Само избрание производилось на другом, т. н. элекционном (выборном), сейме.

Многие прибывали со своими частными отрядами. Так, воевода виленский князь Карл Радзивилл привел 3-тыс. отряд. Поблизости расположились и русские войска. 26 апреля (7 мая) сейм открылся. Варшава в это время была разделена на две враждебные партии, готовые к бою. Саксонская партия подала протест в связи нахождением русских войск. Хотели сорвать начало сейма, но не вышло.

Успеху России, Пруссии и «Фамилии» способствовала и смерть преемника Августа – Фридриха Христиана. Фридрих Кристиан стал саксонским курфюрстом в октябре 1763 года, но уже после всего двух месяцев правления скончался от оспы. Главным противником Станислава Понятовского теперь мог стать только гетман Браницкий.

В июне 1764 года завершился конвокационный сейм. Маршалком коронной конфедерации избрали князя Чарторыского, воеводу русского. Сейм постановил не допускать иностранных кандидатов и выбирать только из польских шляхтичей. К тому же сейм, в благодарность за поддержку Петербурга, признал за Екатериной императорский титул.

Отряды Радзивилла и Браницкого потерпели поражение от русских войск. Оба магната бежали за пределы Польши. Под давлением русского и прусского послов первым кандидатом на престол стал Станислав Понятовский. В августе 1764 года спокойно прошел избирательный сейм. Графа Понятовского единогласно избрали королем под именем Станислав II Август Понятовский. Таким образом, Речь Посполитая оказалась под контролем России и Пруссии.
http://cdn.topwar.ru/uploads/posts/2014-03/1395438104_331px-stanisaw_august_poniatowski_coronation_robes.jpg
Станислав II Август Понятовский

4

Проблема диссидентов. Гражданская война

Поводом для постоянного вмешательства в дела Речи Посполитой были польские диссиденты. Екатерина II и Фридрих II взяли под защиту протестантов и православных в Польше. Их поддержали в этом вопросе Англия, Швеция и Дания. Надо сказать, что это был один из первых случаев использования приема «прав человека» в истории. В XX и начале XXI вв. этот приём будет активно использовать Запад, чтобы вмешиваться во внутренние дела СССР-России и других государств.

Российский посол Николай Репнин потребовал равных прав для православных и получил отказ. Поначалу Репнин попытался воздействовать на польские власти чисто местным методом — создать диссидентскую конфедерацию. Однако тут выяснилось, что православной шляхты в Речи Посполитой почти нет. Польские власти об этом позаботились — практически вся русская верхушка за предшествующие столетия была обращена в католичество и ополячена. В результате православную конфедерацию, учреждённую 20 марта 1767 года в Слуцке, возглавил кальвинист генерал-майор Я. Грабовский. Одновременно в Торне создали протестантскую коалицию во главе с маршалом Генрихом фон Гольцем.
http://cdn.topwar.ru/uploads/posts/2014-03/1395781808_nikolai_vasilyevich_repnin.jpg
Николай Васильевич Репнин (1734 — 1801)

23 сентября 1767 года в Варшаве начал работу внеочередной сейм (его назвали «Репнинским сеймом), который должен был хотя бы частично уравнять в правах права католиков и диссидентов. Репнин склонил на свою сторону короля Станислава Понятовского. К тому же к Варшаве стянули русские войска. Однако ситуация была сложной. Против уравнения прав резко выступали влиятельные лица, особенно выделялись религиозные фанатики — краковский епископ Солтык, шведский епископ Залусский и краковский воевода Ржевусский. Их поддерживал представитель папы Римского Бенедикта XIII, призвавший не уступать требованиям России. Репнин принял решение действовать жестко — все три фанатика были арестованы и высланы в Калугу. В имения других оппозиционеров ввели русские отряды. В результате 27 февраля 1768 года российско-польский трактат и два сепаратных акта о правах диссидентов и российской гарантии польской конституции были утверждены сеймом. Православные и протестанты получили свободу совести и богослужения, избавились от юрисдикции католических судов, получили частичное уравнение в гражданских правах. Католицизм по-прежнему остался государственной религией. В частности, переход из католицизма в другую религию считался уголовным преступлением.

Однако преследования православных продолжались. Местные власти не могли сразу изменить столетние установки, направленные на борьбу с православием. Так, игумен и правитель всей церковной организации на Правобережной Украине Мелхиседек (в миру Значко-Яворский) не раз подвергался пыткам и издевательствам. Мелхиседек побывал в Петербурге и, заручившись поддержкой русской императрицы, отправился к послу Репнину, передав ему документы, где перечислялись изуверства, которые совершали поляки. Под нажимом Репнина и на основе документальных свидетельств насилия польский король Станислав Августа Понятовский потребовал передать униатскому митрополиту приказ прекратить насилие и наказать преступников. Такие же требования получили польские паны, которые владели западнорусскими землями. Кроме того, король Станислав Понятовский подтвердил все документы, которые его предшественники дали в пользу православной церкви.

Однако эти указы дали обратный эффект, они только разворошили «осиное гнездо». Польская «элита» не собиралась отказывать от своих многовековых принципов, направленных против русских и православия. Началась волна новых жестоких преследований. Польская государственность находилась в стадии полного разложения (вроде нынешней Украины), и королевская власть была бессильна сломить панскую волю, которая опиралась на католическое и униатское духовенство. Распущенная шляхта откровенно глумилась над королевскими указаниями. Доходило до того, что некоторые шляхтичи пообещали самому королю отрубить голову, за то, что он «схизматикам выдал привилей».

Шляхта, католическое и униатское духовенство ответили на постепенное уравнивание некатоликов в правах жестоким террором. Отпавших от унии священников лишали мест, налагали телесные наказания, непокорные селения облагали огромными штрафами, заставляли строить миссионерские дома и содержать униатов-миссионеров. Самого Мелхиседека схватили, избили, увезли на Волынь и замуровали в каменной тюрьме, где он едва не умер. На западнорусские земли вступило польское войско и навело ужас на все живое. Началось разграбление селений (поборы на содержание войска), «бунтующих», то есть тех, кто отказывался от унии, показательно карали. «Зачинщиков» рубили и сжигали. Православные церкви брали штурмом, монахов и священников убивали или заковывали в железо, отправляли в Радомысль, где снова били смертным боем (по 600-800 ударов), бросали в смрадные ямы, изводили на тяжелых работах. Над простыми жителями также издевались: забивали до смерти, разрывали рты, выворачивали руки и ноги и т. д. Шляхта и униатское духовенство буквально соревновались в изобретении пыток и издевательств. Шляхта доводила целые селения до смертного ужаса — поляки объявляли смертный приговор целым селениям (общинам), назначался день и час казни или казнь объявляли без срока исполнения. Люди массово бежали в леса, горы, пустоши или действительно готовились к смерти, прощались, исповедовались, надевали чистые рубахи и т. д.

Польские магнаты не ограничились жесточайшим усмирением православного населения, они решили организовать гражданскую войну, отменить решения «Репнинского сейма». В начале 1768 года недовольные паны собрали конфедерацию на Подолии в городе Бар. Они выступили против решений сейма и самого короля, объявив себя защитниками всех древних прав и привилегий, которыми обладала римско-католическая шляхта. Барская конфедерация начала боевые действия против русских войск и частных армий магнатов, которые сохранили верность королю. Поначалу король пытался договориться с конфедератами, но после того как они объявили «бескоролевье», попросил помощь у императрицы Екатерины Алексеевны.

На подавление восстания Петербург двинул значительные силы. Русские войска и верные королю силы летом 1768 года заняли Бердичев, Бар, Львов и Краков. Одновременно началось восстание крестьян в западнорусских землях (Колиивщина). Их поддержали запорожские казаки. Поводом к восстанию стал подложный указ русской императрицы Екатерины II (т. н. «золотая грамота»), в котором повелевалось истреблять конфедератов, что часто зачитывали неграмотным крестьянам как «ляхов, униатов и жидов».

5

В результате польский террор вызвал ответную волну насилия — восставшие резали поляков и евреев. На деревьях развешивали поляков, евреев и собак с надписью: «Лях, жид, собака — вера однака». Восставших возглавили казаки Иван Гонта и Максим Зализняк (Железняк). Особенно кровавая резня произошла в Умани, куда, как в место наиболее укрепленное, стекались при появлении первых слухов о восстании паны и евреи. Паны договорились сдать Умань без боя на условии сохранения жизни шляхты, католиков и поляков вообще, неприкосновенности их имущества. Насчёт евреев и их имущества такого условия не было, их сдали. Евреев в западнорусских землях ненавидели не меньше, чем поляков, так как еврейские ростовщики закабаляли целые селения, высасывая из них все соки. Кроме того, евреи часто были польскими управленцами, и на них обращался весь гнев народа, за все несправедливости. Восставшие ворвались в город и стали резать евреев, но затем вошли в раж и перебили и шляхту. По польским данным, погибло до 20 тыс. человек. Видимо, эти данные сильно преувеличены.

Восстание помогло русским войскам, отвлекая силы Барской конфедерации. Многие конфедераты и богатые люди бежали на территорию Османской империи. Однако восстание не было в интересах Петербурга, где не могли поддерживать крестьянскую и казацкую вольницу. Поэтому русским войскам пришлось решать задачу ликвидации восстания. Восстание подавили хитростью. Генерал Михаил Кречетников пригласил казаков на штурм Могилева. Железняка, Гонту и других атаманов позвали на совещание и арестовали.

После ареста лидеров восстание было быстро подавлено. Железняка как подданного России и его товарищей заключили в Киево-Печерскую крепость, а затем сослали в Восточную Сибирь. Смертной казни в Российской империи не было, она полагалась только в исключительных случаях, по приговору военно-полевого суда. По одной из версий, Железняк смог сбежать и принял участие в крестьянской войне под началом Пугачева. К рядовым участникам восстания русские власти были милостивы, всех рядовых гайдамаков распустили по домам.

Гонта был выдан полякам и был приговорен к специальной, страшной казни, которая должна была длиться на протяжении двух недель и сопровождаться ужасными пытками (первые 10 дней с него должны были постепенно снимать кожу и т. д.). Однако на третий день пыток коронный гетман Ксаверий Браницкий не выдержал кровавого зрелища и приказал отрубить казаку голову.

Одним из любопытных последствий восстания в западнорусских землях и гражданской войны в Польше стала русско-турецкая война 1768—1774 годов. Противоречий между Россией и Турцией было множество, но поводом к войне стал совершенно неожиданный случай. Один из казацких отрядов (гайдамаков) под началом сотника Шило захватил селение Балта на турецко-польской границе. Шило вырезал всех местных поляков и евреев и отправился восвояси. Однако мусульмане и евреи из соседней турецкой деревни Галта ворвались в Балту и в отместку стали резать православных. Узнав об этом, Шило вернулся и атаковал Галту. После двухдневных столкновений казаки и турки пришли к взаимопониманию и даже помирились, договорились вернуть награбленное. Это могло стать обычным пограничным инцидентом, но в Стамбуле раздули проблему. Турецкое правительство объявило гайдамаков регулярными русскими войсками и потребовало у Петербурга вывести войска из Подолии, где шли бои с конфедератами. Русского посла Обрескова оскорбили и арестовали. В результате Порта использовала это дело как повод для войны с Россией. Началось очередное русско-турецкое противостояние.
http://cdn.topwar.ru/uploads/posts/2014-03/1395781866_rejtan_upadek_polski_matejko.jpg
«Рейтан — Падение Польши», картина Яна Матейко

6

Первый раздел Польши

Терпя поражение, Барская конфедерация обратилась за поддержкой к Франции и Турции. Но Турция в войне потерпела поражение, а Франция не смогла оказать значительной поддержки из-за своей удаленности от театра военных действий. В этом противостоянии хорошо проявилось разложение польского национального характера. Поляки уже не надеялись на свои собственные силы, а хотели победить Россию с внешней поддержкой. В этой войне они надеялись на помощь Франции, Турции и Австрии. После уничтожения польской государственности поляки будут надеяться на помощь Франции, поддержав Наполеона; во время Крымской войны и восстания 1863 года — на помощь Англии и Франции; во время Гражданской войны в России и советско-польской войны — на Антанту, в настоящее время они рассчитывают на НАТО и США…

Ситуация в самой Польше была тяжелой. Король и его сторонники с одной стороны боролись с конфедератами, с другой стороны — вставляли палки в колеса русским войскам, опасаясь, что те русские войдут в Польшу и останутся, заняв наиболее важные города и крепости. К тому же Россия должна была воевать с Османской империей, что ослабляло её силы в Речи Посполитой. Лучшие войска и командиры воевали с османами. Поэтому подавление восстания Барской конфедерации затянулось. Многие польские магнаты и паны, формально не поддержавшие Барскую конфедерацию и лояльные королю, заняли выжидательную позицию, ожидая исхода русско-турецкой войны. Да и многие королевские советники требовали распустить коронное войско, воюющее против конфедератов, и не поддерживать Россию.

Гражданская война в Польше усиливалась. Русские войска имели возможность контролировать только крупные города и крепости. Польские паны, которые и в мирное время были лихим народом, откровенно занимались грабежом. Единого командования над отрядами конфедератов не было. Польские руководители ссорились между собой. Организатор и маршалок Барской конфедерации Юзеф Пулавский бежал в Молдавию. Он был оклеветан перед турками Иоахимом Потоцким и Адамом Красинским, которые обвинили его в своих неудачах. Пулавский скончался в хотинской темнице (официально от болезни, но видимо, его убили). Сыновья Пулавского — Франтишек и Казимир, в сентябре 1769 года в битве под Ломазами потерпели поражение от русской армии под командованием Александра Суворова. Франтишек Пулавский погиб в бою, прикрыв своим телом старшего брата Казимира. Казимир бежал в Австрию и продолжил борьбу. После поражения конфедератов он бежал в Турцию, а затем во Францию, оттуда уехал в Америку и воевал на стороне американцев в войне за независимость США. Стал «отцом американской кавалерии».

Необходимо отметить антирусскую роль Австрии в это войне. Австрия давала убежище конфедератам на своей территории. Их штаб сначала расположился в Тешене в Силезии, затем в Прешове в Венгрии. Восстание возглавил Михал Пац и князь Кароль Станислав Радзивилл. Австрия хоть и дала возможность использовать свою территорию как базу, но все же не решилась открыто выступить против России. Кроме того, австрийцы первыми воспользовались слабостью Польши и начали оккупацию польских земель.

Франция, которая была удалена от России, действовала более откровенно и нагло. Надо сказать, что некоторые французы довольно хорошо оценили степень разложения польской «элиты». Так, в 1768 году первый министр Франции герцог Шуазёль направил к восставшим капитана Толеса со значительной сумой денег. Когда французский офицер познакомился с конфедератами поближе, он решил, что для Польши сделать уже ничего нельзя и не стоит тратить на поляков деньги и силы. В 1770 году Шуазёль отправил генерала Дюмурье. Однако и он сделал схожую оценку: «Изумительная роскошь, безумные издержки, длинные обеды, игра и пляска — вот их занятия!» Конфедераты имели сразу до десятка независимых вождей, интригующих друг против друга. Иногда даже воевавших между собой. Дюмурье попытался улучшить военную организацию конфедератов, но не добился большого успеха.

Конфедераты не могли противостоять регулярным войскам. Они грабили имения сторонников короля, совершенно опустошали простых крестьян. При этом в верхушке процветала коррупция, воровство. Вместо того, чтобы обучать солдат, офицеры все свободное время проводили в пирах и азартных играх. Конфедератов до поры, до времени спасало только то, что русское командование не имело достаточно сил, чтобы проводить масштабные операции по зачистке больших районов путем их окружения и тщательной проверки.

Дюмурье показал себя неплохим стратегом и составил план «освобождения» Польши. К началу 1771 года он собрал почти 60-тыс. армию. Маршалок великопольский Заремба и маршалок вышеградский Цалинский с 10-тыс. корпусом должны были наступать на варшавском направлении. Казимир Пулавский должен был действовать в Подолии. Великий гетман литовский Огинский должен был наступать в сторону Смоленска. Сам французский генерал с 20 тыс. пехоты и 8 тыс. конницы планировал захватить Краков и оттуда идти на Сандомир. Затем развить наступление на Варшаву или Подолию, в зависимости от успеха других отрядов.

Этот план имел бы шансы на успех, если бы под началом Дюмурье были не поляки, а французы, а противником шляхты был бы не Суворов, а какой-нибудь западноевропейский генерал. Дюмурье смог внезапным ударом захватить Краков и очистить Краковский округ. Против него направили Суворова с 1,6 тыс. солдат, по пути к отряду присоединилось ещё около 2 тыс. человек. 10 мая 1771 года Суворов атаковал конфедератов у Ландскроны. Как отметил сам Суворов, «польские войска не разумели своего предводителя», излишняя хитрость французского генерала только запутала поляков, и они проиграли бой. Дюмурье, возмущенный глупость поляков, уехал во Францию.

Пулавский попытался захватить важную крепость Замостье, но потерпел неудачу. 22 мая Суворов разбил Пулавского. В это время литовский гетман Огинский решил выступить на стороне конфедерации и двинулся к Пинску. Суворов немедленно выдвинулся ему навстречу. Русский полководец ранним утром 12 сентября нанес внезапный удар по полякам. Гетман ещё не успел толком проснуться, как его отряд был полностью разгромлен. Несколько сотен перебили, около 300-400 взяли в плен. Польская кампания стала для Суворова «звездной».

Франция прислала нового «координатора» — барона де Виомениля. С ним прибыло несколько десятков французских офицеров и унтер-офицеров. Виомениль решил сменить тактику и вместо масштабных наступлений перейти к отдельным акциям, которые должны были вдохновить польскую нацию на масштабное сопротивление. Сначала попытались выкрасть короля Понятовского, но акция провалилась. Затем в январе 1772 года отряд конфедератов смог внезапным рейдом захватить Краковский замок. Однако в апреле гарнизон капитулировал.

7

http://cdn.topwar.ru/uploads/posts/2014-03/1395781678_polish-russian_skirmish_during_bar_confederation.png
Столкновение конфедератов с русскими войсками

Гражданская война и развал польской государственности стали поводом для раздела Речи Посполитой. Пока русские и королевские войска гонялись за конфедератами, австрийцы без всяких заявлений захватили два староства с богатыми соляными копями. Земли объявили «возращёнными» на том основании, что они в 1402 году отошли Польше от Венгрии.

Пруссия ещё в 1769 году предложила России план раздела Польши. Однако Екатерина II Алексеевна тогда и слышать об этом не желала. В период с 1768 по 1770 гг. Петербург не планировал захватывать земли Речи Посполитой, хотя русские войска контролировали огромные польские территории. Тогда пруссаки стали действовать самостоятельно и под предлогом защиты своих владений от мора, который свирепствовал в Южной Польше, заняли приграничные области.

Понимая, что Польшу просто захватят без русского участия, Петербург решил, что раздел Речи Посполитой неизбежен. К тому же Россия была связана войной с Турцией и не могла конфликтовать с Австрией и Пруссией из-за Польши. В конце 1770 года Екатерина Алексеевна дала понять Пруссии, что вопрос подлежит обсуждению. К этому времени Пруссия и Австрия уже де-факто захватили часть польских земель.

После долгих согласований вопрос решили положительно. 6 (17) февраля 1772 года в Петербурге было заключено тайное соглашение между Пруссией и Россией. 25 июля (5 августа) такое соглашение было подписано и с Австрией. Пруссия получила всю Померанию, кроме Данцига с округом. Пруссии также отошла Вармия, Королевская Пруссия, округа и воеводства Поморское, Мальборское (Мариенбург) и Хелминское (Кульм) без Торуни, а также некоторые районы в Великой Польше. Всего Пруссия получила 36 тыс. кв. км, где проживало 580 тыс. жителей. Пруссия захватила наиболее развитые северо-западные земли Польши. В результате у прусаков оказалось до 80% оборота внешней торговли Польши. Пруссия ввела огромные таможенные пошлины, чем ускорила окончательный крах Речи Посполитой.

Австрия получила: Затор и Освенцим, часть Малой Польши, которая включала южную часть Краковского и Сандомирского воеводств, а также части Бельского воеводства и всю Галицию (Червонная Русь). Сам Краков остался за Польшей. Всего к Австрии присоединили 83 тыс. кв. км и 2 млн. 600 тыс. человек.

России отошли: часть Литвы (Литовского княжества), включая Ливонию и Задвинское герцогство, и часть современной территории Белоруссии до Двины, Друти и Днепра, включая районы Витебска, Полоцка и Мстиславля. Всего к России присоединили 92 тыс. кв. км с населением 1 млн. 300 тыс. человек. Собственно, Россия не захватывала земли, населенные этническими поляками. Были возвращены русские земли.

Соглашение держали в тайне до сентября 1772 года. В августе-сентябре русские, прусские и австрийские войска одновременно вошли на территорию Речи Посполитой и заняли области, которые были распределены заранее. Внезапность акции, а также неравенство сил и полная деморализация польской «элиты» привели к тому, что раздел прошёл без войны. Речь Посполитая была сохранена как государство. В апреле 1773 года удалось созвать чрезвычайный сейм, который заседал до сентября 1773 года. Союзные государства заставили польский сейм утвердить три отдельных договора, которые закрепляли раздел части территорий Речи Посполитой.

8

http://cdn.topwar.ru/uploads/posts/2014-03/thumbs/1395781553_map1901.jpg
На пути к второму разделу Речи Посполитой

В начале 1787 года императрица Екатерина II Алексеевна начала своё знаменитое путешествие в Тавриду. В Киеве её ждала галера «Днепр». Река Днепр по-прежнему была границей между Россией и Речью Посполитой. В Каневе Екатерина встретилась с польским королем Станиславом Понятовским. Король предложил заключить русско-польский военный союз, при этом он связывал его с разрешением на проведение ряда реформ, которые должны были усилить королевскую власть в Польше. Екатерина же была против реформ, не желая нарушать сложившийся порядок в Речи Посполитой, опасаясь за недавно установившийся мир.

Первый раздел Речи Посполитой стал для Варшавы большим потрясением и привёл к началу реформ. Король и его сторонники пытались навести порядок в умирающей державе. Среди нововведений было учреждение «постоянного совета» («Rada Nieustająca») под председательством монарха из 18 сенаторов и 18 шляхтичей (по выбору Сейма). Совет был разделен на 5 департаментов и осуществлял исполнительную власть в королевстве. Король дал право совету давать земли «королевщины» в аренду. Совет представлял королю трёх кандидатов на должности и монарх должен был утвердить одну из них. Были проведены административные и финансовые реформы, учреждена Комиссия национального образования (Эдукационная комиссия), реорганизована и сокращена армия до 30 тыс. солдат, установлены косвенные налоги и жалование чиновникам.
Комиссия национального образования (воспитания) стала первым в Европе ведомством, которое выполняло функции министерства образования. Рим ликвидировал орден иезуитов, который в Польше контролировал в основном им же созданную систему учебных заведений. Комиссия переняла имущество ликвидированного ордена иезуитов и стала вести работу по учреждению всеобщего и обязательного обучения детей всех сословий и возрождению страны посредством просвещения. Программные и методические установки Комиссии основывались на идеях британских и французских просветителей и мыслителей. Комиссия реформировала систему начального, среднего и высшего образования, придав ей светский характер, расширила круг естественнонаучных дисциплин, ввела основы физического воспитания и утвердила преподавание на польском языке. Территория государства была разделена на десять учебных округов и Польскую и Литовскую учебные провинции. В Литовской провинции было четыре округа. Управленческие функции выполняла высшая школа: в Литовской провинции — Главная школа Великого княжества Литовского, в Польше — Ягеллонский университет. В целом деятельность Комиссии оказала благоприятное влияние на Польшу, способствовала развитию науки и образования в Польше, развитию национальной культуры.

Постоянный совет при короле значительно улучшил управление в военной, а также в финансовой, промышленной и земледельческой областях. Наметились позитивные сдвиги в экономике. В целом курс реформ, который активно поддерживал король, благотворно влиял на Польшу и мог привести к укреплению польской государственности. Однако были два фактора, которые не дали Польше сохранить свою государственность. Во-первых, сильная «патриотическая» партия, отрицавшая союз с Россией и желавшая союза с любым врагом русских. Во-вторых, стремление Пруссии и Австрии к дальнейшему разделу Польши. Вена и Берлин хотели усилиться за счёт польских земель и не желали полноценного союза двух славянских держав — России и Польши, который своим острием мог повернуть на Запад.

После начала русско-турецкой войны 1787—1791 гг. Петербург вернулся к идее русско-польского военного союза. Однако замысел России был парализован действиями Пруссии. Новый прусский король Фридрих Вильгельм II сообщил литовскому гетману Михаилу Огинскому, что не потерпит, если Польша вступит в союз с каким-нибудь государством. Он пообещал Речи Посполитой военную защиту в случае внешней угрозы и намекнул, что Пруссия может помочь Варшаве в возвращении Галиции, захваченной Австрией, лишь бы поляки не воевали с турками. Берлин в этот период был одержим идеей прусско-австрийского соперничества.

9

http://cdn.topwar.ru/uploads/posts/2014-03/1395860645_529px-rokotov_portrait_catherine_ii.jpg
Портрет Екатерины II. Ф. С. Рокотов, 1763

В октябре 1788 года в Варшаве был собран сейм, который должен был решить вопрос союза с Россией. Россия обязалась вооружить и содержать в продолжение всей войны с Османской империей 12-тыс. польский вспомогательный корпус, а после заключения мира в течение 6 лет выплачивать на его содержание по 1 млн. польских злотых. Польше также предлагались большие торговые выгоды со стороны России, и такие же льготы Речь Посполитая должна была получить от побежденной Турции. Кроме того, Петербург тайно предложил Варшаве турецкие земли в Подолии и Молдавии (в случае удачного завершения войны). Таким образом, союз с Россией сулил Польше сплошные выгоды: усиление вооруженных сил, благоприятные условия для развития экономики и территориальные приобретения.

Понятно, что король Станислав-Август был всей душой за такой союз. Однако против выступила Пруссия. Прусский посол передал сейму ноту, в которой сообщалось, что Берлин не видит для Варшавы ни пользы, ни необходимости в союзе с Российской империей. Кроме того, пограничные прусские области могут пострадать, если Польша вступит в союз с Россией и начнёт войну с Турцией. Турецкие войска могут вторгнуться в Речь Посполитую. А если Речь Посполитая нуждается в союзе, то Пруссия предлагает союз с нею. Прусский король обещал сделать всё, чтобы защитить поляков от чужого притеснения и нашествия османов (что было в условиях значительного падения мощи Турции и блистательных побед русского оружия, вымыслом). Пруссия обещала всякую помощь в сохранении независимости, свободы и безопасности Речи Посполитой.

На самом деле Берлин в это время опасался усиления Австрии и России за счёт терпящей поражение Османской империи. Пруссия ничего не получала при разгроме Турции. Но война с Турцией казалась Пруссии удобным временем для нового раздела Польши. Во время русско-турецкой войны 1768—1774 гг. произошел Первый раздел Речи Посполитой. Казалось, почему бы не использовать новый удачный момент и не оторвать от Польши ещё больший кусок, не сделав при этом ни единого выстрела?

И польская «элита», в которой русофобия была сильнее здравого смысла, «повелась» на обещания Пруссии (тогдашнего Запада). Кстати, в этом отношении современные украинские власти делают те же ошибки, что в Польше XVIII столетия. Ненависть к России действительно оказалась сильнее здравого смысла! Присоединение Польши к России и Австрии в войне с Османской империей и союз с Варшавы и Петербурга давал этой славянской стране последний шанс на сохранение государственности. Причем независимо от исхода войны с Турцией. Даже в случае поражения Российской империи, что было крайне сомнительно, Речь Посполитая выигрывала. России было бы не до захвата польских территорий. При этом Екатерина Алексеевна никогда бы не допустила раздела Польши между Австрией и Пруссией. Речь Посполитая была необходима как дружественное буферное государство (при стратегическом союзе с Россией). Ничего не угрожало Польше и со стороны Османской империи: Россия защитила бы поляков.

В случае же успеха войны с Османской империей, при союзе с Россией и войне на её стороне, Варшава получала ядро регулярной, обученной, дисциплинированной и снаряженной русскими армии. Ядро армии, имеющей положительный опыт ведения регулярной войны. Война с Турцией могла дать польскому народу первую большую победу за очень значительный срок времени. После заключения мира Польша могла расширить свои владения на юго-западном направлении, стирая у себя комплекс побежденной нации, у которой забрали земли. Расширение за счёт Подолии и Молдавии укрепляло экономику Польши. Кроме того, Россия обещала экономические льготы.

Необходимо также помнить, что в это время Петербург имел стратегическую (глобальную) программу. Россия претендовала на Босфор и Дарданеллы, Константинополь, планировала освободить от османов Балканы и воссоздать православную Византийскую империю, которая должна была стать «дочкой» Российской империи. В таких условиях Петербургу было невыгодно уничтожать Речь Посполитую, усиливая за её счёт потенциальных противников — Пруссию и Австрию, которые вряд ли поддержали бы планы России в отношении Балкан и Османской империи. Понятно, что за проливы России пришлось бы ещё долго воевать с остатками Турции и противостоять недовольным западноевропейским державам. В таких условиях ломать Польшу через колено не имело смысла. Наоборот, идея стратегического союза Петербурга и Варшавы приобретала новый смысл. Две славянские державы могли вместе вести наступление на Балканах, созидать славянский мир и теснить «тевтонов» (австрийцев и пруссаков). Перспективы открывались блестящие.

Однако всё эти возможности были упущены из-за глупости и отсутствия стратегического видения у больше части польской «элиты». Магнаты и паны видели только одного врага — Россию. Немцы уходили на второй-третий план. Паны предпочли поверить Берлину, а не Петербургу. Польские правящие круги так и не смогли избавиться от иллюзии (она до сих пор затуманивает их мозги), что главные враги их нации — это русские, и в мире есть сильные государства, которые «бескорыстно» помогут в борьбе с москалями. Действительно, во все времена были политические центры и державы (Ватикан, Швеция, Пруссия, Австрия, Франция, Англия, Германия и США), готовые сражаться с Россией до последнего польского солдата. «Морковкой» для польской «элиты» была Великая Польша «от можа до можа». К сожалению, Польша с постоянством, достойным лучшего применения, наступает на одни и те же исторические грабли. Ни исторические уроки XVII столетия, ни Северная война, ни три раздела Речи Посполитой, ни 1812 год, ни 1831 и 1863 гг., ни даже позор 1939 года ничему Варшаву не научили.

Такая же ущербная психология жизни одним днём, ненависти ко всему русскому теперь наблюдается у украинской «элиты». Она переняла всё худшее, что было в Речи Посполитой. И если Польша действительно некогда была великой и имела исторический шанс стать могущественной славянской империей, то Украина сразу перешла в стадию деградации. Поэтому её путь очевиден — окончательное разрушение государственности и поглощение соседними странами. Хотя в 1991 году Украина имела военный, научный, образовательный, культурный и экономический потенциал и могла стать одной из самых процветающих стран в Европе. Однако украинская «элита» посвятила себя только личным и узкогрупповым интересам, воровству и гедонизму.

10

Союз с Пруссией и конституция от 3 мая 1791 года

На «четырёхлетнем сейме» (1788—1792 гг.) возобладала «патриотическая» партия. От союза с Россией отказались. При этом поляки заключили союз с Пруссией. 29 марта 1790 года в Варшаве между представителями Речи Посполитой и Пруссии был учрежден Союз Польско-Литовский и Прусский. Каждая из сторон обещала помогать другой в случае войны. В секретной части соглашения Варшава передавала Гданьск и Торунь Пруссии. Правда, Великий Сейм 1791 года постановил, что территория страны является целостной и неделимой и города Пруссии не отдали. Этот союз ничего не дал Польше. Все выгоды получила Пруссия. От союза с Россией поляков оттолкнули, дали много обещаний и их не выполнили, ещё и спровоцировали процесс Второго раздела Польши.

В 1789 году началась Французская революция, которая произвела на польскую шляхту огромное впечатление. Польская шляхта, абсолютно не понимая сути происходящих во Франции событий, стала подражать французским революционерам. Это ещё более усугубило положение Польши. Польский высший совет охватила идея введения новой конституции. В её разработке приняли участие Чарторыские, Игнаций и Станислав Потоцкие, Станислав Малаховский, братья Чацкие, Станислав Солтык (племянник сосланного епископа), Немцевич, Мостовский, Матушевич, Забелло и другие. Практически все они были противниками союза с Россией.

Чрезвычайный сейм Речи Посполитой 3 мая (22 апреля) 1791 года принял новую конституцию (Конституция 3 мая). Интересен тот факт, что конституцию приняли в обход мнения значительной части сейма. 24 апреля праздновалась католическая Пасха, и депутаты съезда традиционно разъезжались на несколько дней по домам. Однако сторонники нового основного закона договорились остаться, а их противники, ничего не подозревая, в своей массе уехали из столицы. Сейм, на котором было около 157 депутатов из 327, принял новую конституцию. Причем часть депутатом были против конституции и на этом усеченном сейме. Так, познаньский депутат Мелжынский упал наземь перед дверями, чтобы помешать выходу короля в костел Св. Яна, где сенаторы и депутаты должны были присягнуть новой конституции. Но напрасно, через него перешагнули, его затоптали. Около 50 депутатов остались в сеймовом зале и решили подать протест против новой конституции. Однако городской суд не принял их протеста. В итоге, хотя и с большими нарушениями, но решение продавили.

Это была победа так называемой «патриотической партии». Конституция, официально именовавшаяся «Правительственным законом», установила единые органы государственной власти и управления для всей территории страны. В результате конфедеративный характер Речи Посполитой и относительная автономия Великого княжества Литовского были ликвидированы. Был введен принцип разделения властей. Провозглашались гражданские свободы, но они фактически только подтвердили привилегированное положение магнатов, шляхты и духовенства. Некоторые льготы получила и зажиточная часть мещанства. Подавляющая масса населения — крестьянство (хлопы) — так и осталась на положении угнетенного и лишенного прав сословия.

Тип государства не поменяли, изменили только форму правления — учредив конституционную монархию. Кроме того, конституция отменила принцип liberum veto и конфедерации. Сейм получил черты высшего законодательного органа. Исполнительная власть была предоставлена королю и находившемуся при нём совету, который назвали «стражем законов» (польск. Straż Praw). В совет вошли: примас (первый церковный иерарх в стране), военный министр, министры полиции, финансов, иностранных дел и хранитель печати. Король теперь не мог издавать распоряжения без согласия совета. Выборную монархию отменили. Теперь решили избирать династию. После смерти правящего короля Станислава Понятовского трон должен был получить саксонский курфюрст Фридрих Август III, правнук и внук двух польских монархов — Августа Сильного и Августа III. В дальнейшем польская корона должна была принадлежать саксонской династии Веттинов. Для управления на местах (воеводствах, повятах) учредили т. н. «Военно-гражданские комиссии порядка», они состояли из «комиссаров».
http://cdn.topwar.ru/uploads/posts/2014-03/1395860783_wojniakowski_passing_of_the_3rd_of_may_constitution.jpg
К. Войняковский. Принятие Конституции 3 мая


Вы здесь » Новогрудок 323 » Это уже История » Разложение польской государственности. Восстание Костюшко


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC